Создание антикоррупционного комитета — первое детище постволошинской администрации. Говорят, сам Волошин оценил творчество наследников (Медведева—Суркова) на “троечку”. Изначальный смысл комитета, по слухам, был в том, чтобы центр борьбы с коррупцией переместить из Генпрокуратуры и ФСБ в президентскую администрацию. И чтобы именно там, а не где-то еще выносился окончательный вердикт: что есть борьба с коррупцией, а что — злоупотребления правоохранителей. Уход Волошина здорово ослабил проект. Ярких, сильных фигур, способных возглавить в открытую столь непростое начинание, не нашлось. Поэтому в руководстве оказались главы регионов и члены кабинета министров. Люди все уважаемые. Непонятно одно: что, собственно, им до сих пор мешало бороться с коррупцией на своих рабочих местах?
По другим слухам, активизировалось противоположное крыло администрации. Те, кого называют питерскими чекистами, “группой Пугачева” и проч. Они решили показать, что и у них есть свой интеллектуальный потенциал.
Говорят, на стол Путину в самое ближайшее время положат предложение создать совет по национальной идеологии. По замыслу создателей, 30—40 лучших умов России, прошедших соответствующий отбор, будут в режиме прямого диалога с президентом творить национальную идею. Возможно, изобретен очередной инструмент влияния на верховную власть, причем, как всегда в таких случаях бывает, важно не кто входит в список, а кто его составляет.
МК ,
30.11.2003
