Rambler's Top100
Лениградская Правда
19 NOVEMBER 2019, TUESDAY
    ТЕМЫ ДНЯ          НОВОСТИ          ДАЙДЖЕСТ          СЛУХИ          КТО ЕСТЬ КТО          ССЫЛКИ          БУДНИ СЕВЕРО-ЗАПАДА          РЕДАКЦИЯ     
Новый Путин
11.06.2005 00:01

Новый курс Владимира Путина вынуждает инвесторов заново отвечать на вопрос “Who is Mr. Putin?”. Прежний ответ — “реформатор-западник” — признан неверным. И хотя образ политика, одержимого собственными рейтингами и верящего во всемогущество телевизора, не внушает наблюдателям былого энтузиазма, они по-прежнему верят, что в России можно хорошо зарабатывать.

Три года назад казалось, что ответ на вопрос “Кто такой господин Путин?”, впервые заданный в Давосее зимой 2000 г., получен раз и навсегда. Экономисты признали его “западником” и приверженцем реформ. Их не смущали ни война в Чечне, ни борьба Кремля с Борисом Березовским и Владимиром Гусинским.

Но уничтожение “ЮКОСа” и обвинительный приговор его бывшим владельцам Михаилу Ходорковскому и Платону Лебедеву, активизация налоговиков, отмена губернаторских выборов — заставили инвесторов задуматься.

Аналитик  J. P. Morgan Chasе Майкл Маррезе в свежем докладе об экономической политике России “Привлекательность шизофрении” рисует новый портрет Путина. У президента мало “собственных стратегических идей”, уверен Маррезе. Путин — “патриот/националист, который хочет, чтобы Россию уважали”. Он не любит становиться на одну из сторон в спорах между приближенными к нему силовиками, реформаторами и олигархами. Путин “сознает, что его правительство неэффективно”, но, пока достаток населения растет, работа кабинета его особо не беспокоит. Все это подсказывает Маррезе, что правительству Михаила Фрадкова вряд ли грозит скорая отставка. У Фрадкова есть лишь один враг — инфляция, и он легко может быть уволен, если Путин решит, что рост цен подрывает его популярность.

Маррезе считает Путина зацикленным на “мнении народа”, то Питер Бэйкер и Сьюзен Глассер, авторы вышедшей в начале недели книги “Кремль на подъеме — путинская Россия и конец революции”, рисуют образ лидера, уверовавшего во всемогущество телевидения. Работая над книгой, они опросили десятки чиновников, бизнесменов и политиков — “бывших” и действующих. Путин имел обыкновение каждый вечер после работы просматривать выпуски новостей в записи, чтобы утром поделиться в Кремле впечатлениями, рассказал авторам анонимный чиновник, которого они называют одним из “ближайших помощников” Путина. Один из источников Бэйкера и Глассер видит в “телемании” Путина ключ к отставке премьера Михаила Касьянова. Он рассказал журналистам, что Путин опасался оставить в руках Касьянова “телевизионную кнопку” на тот случай, если бы президентские выборы пришлось переигрывать заново из-за низкой явки избирателей.

Слабость Путина к телевидению подтверждает Березовский, который в 1999 г. поддержал передачу власти от Бориса Ельцина новому лидеру. После гибели подлодки “Курск” президент “прочитал мне лекцию о важности телевидения, в которой потребовал вернуть 49% ОРТ, а завершил ее словами, что намерен лично управлять ТВ, которое смотрит 98% российской аудитории”, вспоминает Березовский свою последнюю встречу с Путиным.

Инвестиционное сообщество стало более цинично оценивать действия Путина, так что рассуждения Маррезе выглядят даже запоздалыми, говорит экономист крупного западного инвестбанка. Рори Макфаркхар из Goldman Sachs еще в октябре 2004 г. пытался понять, какой из трех образов президента ближе к реальности: “Путин-клептократ”, стремящийся присвоить собственность старых олигархов, “Путин-патриот”, желающий либерализовать экономику и усилить институты государства, или “авторитарный Путин”, ценящий экономический рост лишь как средство укрепления собственной власти. Тогда Макфаркхар признал Путина “авторитарным патриотом”. А недавно аналитик придумал, как объяснить разрыв между либеральными декларациями президента и его антилиберальными действиями: “Путин уважает технократизм либеральных специалистов, готовящих для него речи, — мы называем их "головой Путина", — но его сердце — совсем другая группа чиновников, с националистическим подходом к внешней политике и авторитарным взглядом на экономику”.

Впрочем, новая мифология Путина не отвращает инвесторов от России. “Демократия заботит журналистов, а бизнесменов волнует соотношение прибыльности и рисков: если оно будет самым выгодным в Судане, то мы будем работать там”, — говорит управляющий директор по СНГ Hypovereinsbank Питер Келле. А Питер Вестин из “Атона” говорит, что, несмотря на все причуды руководства, Россия становится все более привлекательной для иностранных инвесторов: “Реформы, хоть и медленно, но идут”.

Ведомости , 11.06.2005

МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ:

Логин
Пароль

Архив Ленправды
2019
2018
2017
2016
2015
2014
2013
2012
2011
2010
2009
2008
2007
2006
2005
2004
2003
2002
2001
2019
2018
2017
2016
2015
2014
2013
2012
2011
2010
2009
2008
2007
2006
2005
2004
2003
2002
05 12
2001
10
2000
10
1999
04
2019
2018
2017
2016
2015
2014
2013
2012
2011
2010
2009
2008
2007
2006
2005
2004
2003
2002
2001
2000
1999
1998
1997
1996
1995
1994
1993
10 11
    ТЕМЫ ДНЯ          НОВОСТИ          ДАЙДЖЕСТ          СЛУХИ          КТО ЕСТЬ КТО          ССЫЛКИ          БУДНИ СЕВЕРО-ЗАПАДА          РЕДАКЦИЯ     
© 2001-2019, Ленправда
info@lenpravda.ru